Ник Лисицкий. Писатель. Автор книги "Сказки для взрослых детей"

Вечная история для двоих

Рассказы о любви

1

Много тысяч лет назад, на вершине Великой Горы, у берегов древнего моря, вырос Кипарис. Прижиться на каменистом грунте, практически без воды, под жарким солнцем – было нелегкой задачей. Но у нашего кипариса был сильный, даже несколько упрямый, характер. Еще до того как стать деревом, он мечтал о таком месте, где можно было бы вечно созерцать этот мир, наслаждаясь полноценным ощущением бытия. И теперь, получив эту возможность, радовался своему счастью.

Бесконечная водная гладь, раскинувшаяся на сотни километров. Море начиналось прямо у подножия горы и обрывалось где-то за горизонтом, сливаясь с небом в голубой дымке. Каждое утро солнце поднималось на востоке, и, выйдя в зенит, скатывалось на запад. Каждое утро Кипарис улыбался ему, приветствуя новый день. Он вдыхал пьянящий морской воздух и тянулся все выше и выше, к небесам.

Однажды, во время сильного порыва ветра, Кипарис наклонился к земле и увидел Камень. Обычный серый камень лежал рядом с ним и молча смотрел вверх.

— Это обыкновенный бесчувственный камень, — подумал Кипарис.

Но Камень только казался бесчувственным. В глубине его души теплились настоящие, искренние чувства, чувства, которые он не мог передать. От этой невысказанности Камень страдал – быть рядом с тем кого любишь, и не иметь возможности сказать о своей любви – это наверное самое большое страдание на свете.

Да, Камень был влюблен в Кипарис. Он лежал здесь уже много лет. Еще до того как появился Кипарис. Он и сам не знал, как так получилось – помнил лишь, что влюбился как только увидел его… или ее – Камень был уверен, что Кипарис – милая прекрасная девушка. Он мечтал обнять ее, прижаться всем телом, целовать и говорить слова нежности, вместе встречать закаты и рассветы, держась за руки. Но ни у него, ни у нее не было ни рук, ни губ. Они могли просто быть рядом – в молчаливом соседстве.

В какой-то момент Камень подумал, что и этого уже достаточно. Просто быть рядом с любимой – это ведь уже счастье. Но она ведь даже не знает, что я люблю ее, — думал он, — И никогда не узнает. Почему же так не справедлива судьба, что сделала меня камнем?

Прошло немало времени, прежде чем он примирился с этой несправедливостью. Он был камнем – и ничего уж нельзя было изменить. И он действительно не мог сказать о своей любви. Единственное что он мог – лелеять собственное чувство, постараться быть счастливым от того, что любишь, а не от того что ты это сообщил, или от того, что любят тебя. Любить, смотреть на нее, быть рядом, и примириться с тем, что она об этом никогда не узнает.

А что же Кипарис? Она была счастлива наедине с собой. Она получала удовольствие от каждого мгновения, погруженная в то особое состояние, когда полностью растворяешься в окружающем мире. И ощущаешь, что нет тебя, и нет «других», а все – едино, и от этого становится так приятно и так спокойно. День – ночь, день – ночь. Весна – лето – осень – зима. И снова весна. Созерцание. Молчаливая медитация. Морские волны внизу, свежий ветер, резво играющий в ветках, теплое солнышко, ласково согревающее их своими лучами…

Но солнце не всегда было добрым, иногда оно казалось похожим на избалованного ребенка, которому нравится делать пакости и наблюдать за страданиями других.

Тем летом, оно стало особенно жестоким – немилосердно обжигая землю. Реки и озера обмелели, ручьи больше не журчали, трава пожелтела и высохла, птицы перестали петь… Ни капли дождя, ни единого спасительного облачка на небе – только испепеляющий зной.

Кипарису было особенно трудно. На вершине горы, в каменистом грунте больше не было влаги. Ее корни тянулись все глубже и глубже, но не находили спасительной жидкости. Она уже не была счастлива – ей все чаще становилось дурно из-за отсутствия питья, и казалось что судьба несправедлива и никчемна, ведь заставляет страдать ее и всех окружающих. Весь мир страдает, — подумала Кипарис, — Почему мы обречены на страдание? Почему так происходит?

Она не смогла найти ответ на этот вопрос. Нужно просто принять это, – решила Кипарис. Но легче не становилось. Страшно было, что, только недавно достигнув зрелости, она подвергалась смертельной опасности – жизнь, казалось, хотела сломать ее. Она могла погибнуть.

Камень чувствовал ее страдания. Он не мог говорить, но чувствовать научился – великая любовь, сделала его чувствующим. Солнце мало беспокоило его – он был практически бессмертен. Однако видеть, как погибает его Кипарис – было невыносимо. И еще невыносимее было сознавать свое бессилие. Самое страшное – это когда твоя любимая умирает на твоих глазах, а ты ничего не можешь предпринять, чтобы спасти ее, — сокрушался Камень.

— На что ты готов, ради нее? — вдруг услышал он мысль, звучавшую словно из глубины Вселенной.
— На все, — решительно подумал Камень.
— Готов пожертвовать собственной жизнью?
— Я же бессмертен, — удивился он.
— Все в этом мире смертно, все создано из праха и в прах превратится…
— Я готов, — сказал Камень, — Моя любовь – ценнее моей жизни.

В то же мгновение Камень рассыпался в пыль, а на том месте, где он лежал, из-под земли забил источник. Холодная, освежающая вода полилась по склону горы. Но прежде всего ее потоки устремились к Кипарису, увлажнив его корни. Влага поднималась вверх, наполняя каждый грамм ее тела, и возвращая былую силу. Мир вокруг нее снова обрел краски.

Она была спасена. Вода из источника принесла ей какие-то новые, неведомые дотоле ощущения. То была уже не радость собственной целостности и единения с миром, то было какое-то новое чувство. И, кажется, она поняла, что чувство это касается кого-то одного, кого-то особенного. Кипарис наклонилась и посмотрела вниз.

На том месте, где когда-то лежал Камень, образовалось небольшое углубление заполненное водой.

— Камни не исчезают просто так, — подумала Кипарис, — Он лежал здесь, и вот его нет, а вместо него – эта спасительная влага и удивительная нежность внутри меня. Что стало причиной этого?

— Великая любовь творит чудеса, — услышала она голос, звучавший, словно из глубины Вселенной.

— Любовь, — подумала Кипарис, — так вот как называется это чувство.

2

— Бери в дорогу только самое необходимое, Кицунэ, — говорил старый Учитель молодой девушке, — Путь предстоит не близкий, облегчи ношу для своего пони.

— Хорошо, учитель, — склонила голову девушка.

Когда они вышли из дома, первые лучи солнца опустились в долину – из-за гор поднимался яркий  диск, давая начало новому дню.

— Все, что происходит в нашей жизни, имеет смысл, даже если мы этого не понимаем, — сказал Учитель, помогая девушке оседлать пони, — Судьба не бывает, ни жестокой, ни коварной. Она не дарит нам счастье или несчастья. Она справедлива.

— Но ведь зло существует, также, как и существует добро, — возразила Кицунэ, — Есть то, что делает меня счастливой, и то, что делает несчастной.

Учитель улыбнулся и покачал головой.

— Посмотри на небо. Видишь – на западе, где еще властвует ночь – оно еще совсем темное, а на востоке – начинает светлеть, окрашивается в розовые и желтые тона. Но само по себе небо прозрачное – это солнце придает ему цвет. Так и в нашей жизни. Вещи просто случаются. Наше отношение делает их плохими или хорошими. Все зависит от нашей точки зрения.

Кицунэ пожала плечами. Что хорошего, когда с самого детства ты познаешь боль страданий. Когда самые близкие люди проявляют жестокости больше чем любви.

— Ребенку сложно осознать замысел судьбы, — сказал Учитель, словно прочитав ее мысли, — Придет время и ты все поймешь. Мудрость приходит через страдания.

Кицунэ знала это. Учитель был не первым, кто говорил эти слова. Их говорили многие и многие до него. И ничего нового не было в размышлениях о природе страданий или о достижении счастья. Все что сказал Будда – можно было понять. Но не всегда хотелось принять…

— Пора, — сказал Учитель.

Они сели на своих пони, выехали за ворота усадьбы и отправились по мощеной дороге на запад. Солнце за их спинами поднималось все выше, все ярче освещая путь.

Пони, на котором ехала Кицунэ, никак не хотел переходить на рысь. Его звали Топ. Она прикрикнула на него, но он будто не слышал – брел себе тихой поступью, опустив голову. Кицунэ шлепнула его ладонью по крупу. Пони только недовольно повел ушами, но продолжал идти в своем ритме.

— Помни о Колесе Жизни, — сказал Учитель, — Относись с любовью ко всем творениям Природы. Возможно когда-то этот пони спас тебе жизнь – позволь ему идти так, как он хочет – у нас есть время.

— Он никогда меня не слушается, — заметила Кицунэ.

— Почему ты считаешь, что он должен тебя слушаться? Только лишь потому, что ты человек, а он – пони? Он честно делает свою работу, а взамен получает еду. Вот и все основы вашего сосуществования.

— Мне кажется, он чем-то на меня обижен, — сказала Кицунэ, — Как будто хочет показать, что я в чем-то не права.

— Может быть так и есть, — сказал Учитель, — Помни о Колесе Жизни.

Они ехали целый день. Когда на землю опустились сумерки, вдалеке показались огни небольшого монастыря.

— Здесь мы заночуем, — сообщил Учитель.

Для Кицунэ отвели отдельную комнату. Она улеглась напротив окна, закуталась в плащ и стала смотреть на звезды. Где-то там, за много миллионов километров от Земли, возможно, была другая жизнь – другие нравы, другие принципы, другие законы… Может быть, в каком-то из миров его обитатели были счастливы от рождения и проживали всю жизнь, наслаждаясь счастьем. Что такое счастье? — подумала Кицунэ. Почему сейчас она не чувствует себя счастливой. Да и никогда, в общем-то, не чувствовала. Что нужно для счастья? Быть любимой? Быть уважаемой и богатой? Иметь много детей? Прожить долгую и наполненную жизнь? Но ведь все когда-нибудь закончится… Странные мысли для девушки, которой нет еще и двадцати. Да и ее ли это мысли, может так – навеяло горным ветром.

Она не заметила, как заснула. Во сне ей приснился пони – маленький, добрый пони Топ. Он смотрел на нее невероятно осмысленным взглядом, полным любви и преданности, и какой-то невысказанности, глубоко затаенной и болезненной. Он словно хотел ей что-то сказать и не мог.

Кицунэ проснулась – за окном серело, близился рассвет. Девушка вышла из комнаты и направилась в конюшню. Топ стоял недалеко от входа, она подошла и погладила его гриву.

— Топ, ты ведь не просто пони, — спросила она, — Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Топ посмотрел на нее тем самым взглядом. Как во сне. Потом наклонил голову, потерся о ее ноги, а затем уткнулся губами в ладонь. У него были мягкие, очень приятные на ощупь губы. Кицунэ провела по ним пальчиками.

— Ты хороший пони, — сказала она, наклонившись к уху Топа.

Он кивнул головой и еще раз коснулся мордочкой ее руки, словно поцеловав ее.

С первыми лучами солнца они покинули гостеприимные стены монастыря. Их дорога лежала через пустынную долину – только камни, песок и редкие кусты вокруг. Унылый пейзаж. Час, два, пять, а он все не менялся.

— Кицунэ, — сказал Учитель, — Я говорил, что тебя ждет великий путь.

— Да, Учитель, — ответила она.

— Скоро он начнется, и ты должна будешь пройти его одна. Мне придется покинуть тебя.

Девушка недоуменно посмотрела на старика. Никогда она еще не слышала от него таких слов.

— Я завершил свою миссию на этой земле, — продолжал он, — А твоя – только начинается. И, возможно, на ее завершение уйдет не одна жизнь… Помни – главная твоя сила, заключена в тебе. Твое сердце и твоя интуиция – дадут тебе подлинную силу.

Кицунэ молчала. Она не знала, что ответить. Она чувствовала, что Учитель говорит ей правду, будто читает то, что написано в книге ее Судьбы.

Они ехали уже целый день, но так и не встретили ни единой живой души. Ни одного поселения или монастыря.

Внезапно на горизонте показалось облако, которое стремительно приближалось. Пыльная буря. Огромной силы ветер нес тучи песка и грунта, сметая все на своем пути. Укрыться было негде – вокруг лишь ровная выжженная земля и редкие кустики.

— Кицунэ, спешивайся, — сказал Учитель, — Уложи Топа боком к ветру и спрячься за ним. Когда ветер утихнет, продолжай путь в том же направлении.

Кицунэ сделала все, как говорил учитель. Через несколько секунд ураган обрушил на них всю свою силу. Она лежала, прижавшись в пони, и прикрыв голову руками. Их засыпало песком и Кицунэ чувствовала, как вздрагивает от ударов ветра тело Топа. Однако под его защитой она ощущала себя в полной безопасности. Ей вдруг стало спокойно и хорошо, и откуда-то взялась уверенность, что Топ сможет защитить ее от всех бед и несчастий. Его теплое тело показалось ей таким родным и близким.

Буря продолжалась почти полчаса. Когда ветер стих, Кицунэ осторожно подняла голову, стряхивая с себя горы пыли, и осмотрелась вокруг. Солнце уже зашло, небо становилось все темнее. Ни учителя, ни его пони рядом не было.

— Учитель, — позвала девушка. Тишина.

Топ поднялся, фыркая и тряся гривой – он был весь в песке.

— Учитель, где вы, — крикнула девушка громче. Никакого ответа. Хотя и без слов было ясно, что его нет – в сумерках она хорошо видела, что на сотни метров вокруг – лишь ровная-ровная земля.

Кицунэ взобралась на пони и тихонько сказала, — Поехали.

На равнину опустилась ночь. Она была как никогда беспроглядной – видимо пыль, поднятая бурей, еще летала в воздухе – лишь немногие звезды тускло мерцали в вышине. А луна, казалось, и не собиралась всходить.

Девушка положила голову на гриву пони. Она решила, что может доверять ему. Он знает дорогу и приведет их в нужное место, он  убережет их от опасностей. Он, ее верный пони, сделает для нее все. Это была совершенно неясная уверенность, и совершенно неясное чувство. Как можно чувствовать родство с пони? Как можно доверять свою жизнь животному? Но Кицунэ вспоминала слова учителя о Колесе Жизни, вспоминала свой сон, и ей казалось, что этот пони – знает больше чем она. Необычный пони с добрыми глазами. Они ехали всю ночь и весь следующий день. Вечером, изможденные, они уснули прямо посреди равнины.

Поселения так и не встречались. Солнце палило не милосердно и через два дня у них закончилась вода. Не было ни ручьев, ни колодцев. Еще один день, они шли, мучимые жаждой. Кицунэ уже с трудом понимала, куда они идут. Обессиленная она лежала на пони, а он брел все тем же медленным шагом, все вперед и вперед. Иногда она поднимала голову, но пейзаж все не менялся, все та же пустынная равнина окружала их.

В конце концов, она впала в забытье. Ей казалось, что она сидит на берегу моря, и смотрит на его безграничную прекрасность, вдыхает свежий прохладный воздух. Вот она сбрасывает с себя одежду и входит в волны. Мягкие, теплые воды обволакивают ее, и ей становится так приятно, что она готова раствориться, слиться с этой первозданной стихией. Потом, чьи-то руки бережно подхватывают ее, и несут все дальше и дальше, она покачивается, ей кажется, что она уже не плывет, а летит…

Кицунэ открыла глаза. Она лежала в тени небольшого дерева. Над ней склонились несколько человек. Кто-то смачивал ее губы водой. Кто-то вытирал ей лоб и щеки, протирал ладони… Она повернула голову. Неподалеку стоял ее Пони. Он смотрел на нее взглядом полным тепла и нежности, и жизнь в его глазах медленно угасала.

3

Где же они встретились впервые? Впервые, как два человека, мужчина и женщина. Быть может в Париже? Или в Ницце? Или на берегу Южно-Китайского моря? А может в Индии, в городе Бодхи Гайа, славном тем, что там получил просветление Сиддхартха Гаутама? Какая в сущности разница. Главное то, что они наконец-то встретились.

Еще с детства у него было такое ощущение, будто ему суждено встретить свою единственную. И это будет не так, как у других людей. Глаз замечает красоту, уши отмечают смышленость, руки нащупывают упругие формы. Тебе уже двадцать сынок, пора думать о семье. У меня в твоем возрасте было уже двое детей. Дети, размножение, программа заложенная природой. Все ради этого. Ради статуса в обществе. Ради того, чтобы на старости было, куда приклонить голову. Чтобы было, кому о тебе позаботится.

Нет, нет, нет! Все не так. Он смотрел на то, как люди устраивают свою жизнь и видел в них обыкновенных животных. Сколько злачных мест вы знаете в Санкт-Петербурге? Тех, куда каждый вечер приходят состоятельные отцы семейств, чтобы ублажить свою похоть. Потом они возвращаются к толстым женам, с которыми привыкли жить, и которых не могут бросить, потому что пойдет дурная молва. И так везде. Лондон, Нью-Йорк, Гонконг. Иногда любовь покупается. Иногда отдается даром. Любовь? Или просто секс?

Маятник жизни раскачивается из стороны в сторону. Шестеренки все бегут и бегут. Стрелки тикают. Сегодня мы здесь, а завтра там. И завтра уже не такое как вчера. И никогда не будет. Мы постарели еще на один день, и, поняв это, стремимся наверстать упущенное. Но время уходит сквозь пальцы. Живешь быстро, успеваешь много, не думаешь об этом, получаешь удовлетворение от процесса – но время все равно работает против тебя. Все что ты сделал – уже прошлое, покрытое библиотечной пылью. И даже если кто-то о нем прочитает и восхитится твоими свершениями – что тебе до того? Ты будешь уже не здесь.

В этой своей новой жизни он был богат, красив, умен, талантлив и популярен. Его звали Арчибальд. Красивое английское имя. Арчибальд Фокс. Он родился с серебряной ложкой во рту и грустными глазами. Когда у тебя есть все, чего еще желать от жизни? Хочешь отправиться в кругосветное путешествие? Пожалуйте, сэр. Поспорить с друзьями, что обогнешь Землю за 80 дней, чтобы был хоть какой-то азарт? Пошло.

Тратишь деньги, покупаешь еду, одежду, драгоценности, картины и молоденьких красоток. Они – живые картины. Испортятся через пять лет, но он этого уже не увидит. Он купит новых – еще красивее. Фабрика под названием «трущобы» исправно штампует тех, кто готов торговать своим телом ради теплого местечка.

Однажды, когда ему было тринадцать, во время церковной службы он увидел прекрасную молоденькую девушку. Она сидела вполоборота к нему, на несколько рядов вперед. Черные локоны спадали на ее белоснежные щеки, розовые губы шептали слова молитвы. Она была похожа на ангела, сошедшего с небес. Арчибальду показалось, что он увидел сияние над ее головой.

Он не влюбился, нет. Но странная мысль посетила его – в этой жизни ты встретишь своего ангела, свою единственную, женщину, которая уготована тебе судьбой. С тех пор он твердо уверился, что рано или поздно действительно встретит ее. Как узнать ее? Как не упустить в толпе? Арчибальд не знал. Сердце, только сердце мне скажет об этом, решил он.

На вечеринках и званых ужинах ему представляли разных мисс. Родители сватали дочерей своих друзей. Но он отметал все намеки и предложения на стабильные отношения. Он не был влюблен, он не любил никого. Он ждал ее.

Где же была она в это время? Далеко. За много тысяч километров. В Бенгалии. Ее звали Амита.

Амита принадлежала к касте жрецов. Астрологи определили, что в прошлой жизни она была монахиней одного из китайских монастырей. Новое воплощение должно было дать ей возможность продолжить свое развитие.

Индия – загадочная и многогранная страна. Здесь можно многое понять и почувствовать. Земли древней Арии хранят тайны познания человеческой природы. Кто мы и что здесь делаем? Зачем пришли и куда идем. Каждый должен ответить на этот вопрос для себя. Есть те, кто готовы поделиться знанием с другими, но его невозможно понять – его необходимо осознать.

Осознание. Быть здесь и сейчас значит осознавать себя и в то же время чувствовать, что лишь являешься частью этого мира. Духовные практики. Созерцание. Саморазвитие. Поиск пути. Это судьба предначертанная Амите? Никакой иной она и не желала. Но жизнь преподносит сюрпризы даже там, где, казалось бы, их быть не должно.

Английская королева отправляет армию для захвата индийских земель. Уставший от прожигания жизни, в экспедиционный корпус поступает Арчибальд Фокс. Он офицер кавалерии. Его задача – сломить сопротивление индийских племен, захватить богатые города и передать их под власть короны.

Кровопролитная война. Горы трупов. Плач женщин. Новые и новые территории у ног британских солдат. Бенгалия. Очередной рейд – устрашить, сломить сопротивление, захватить пленных.

Любви с первого взгляда не существует. Если видишь человека и понимаешь, что любишь его, значит, вы уже были влюблены когда-то. Давно. Не в этой жизни.  Арчибальд увидел Амиту и понял это. Он не восхитился ее красотой, его не покорили ее черные глаза и прекрасное стройное тело. Он не испытал к ней сексуального влечения – в Лондоне он сполна пресытился женщинами. В побежденных индийских городах не было недостатка в женщинах индийских…

Он понял, что любил ее много сотен лет назад, любил так, что готов отдать за нее жизнь. Он все вспомнил. Словно снизошло озарение. Вершину скалы над морем, пустынную равнину, и ее. Это казалось сном, в котором и он, и она были другими. Но, в то же время, это было реальностью. И теперь она стояла перед ним.

Амите не нужны были озарения. Она умела чувствовать. И, увидев Арчибальда, почувствовала что-то родное и близкое. Тепло и нежность. А затем их глаза встретились. И она вспомнила этот взгляд.

Да, они наконец-то нашли друг друга.

В первой встрече, в том моменте, когда взгляды двух людей пересекаются и устанавливают невидимую связь, есть что-то магическое. Казалось бы, какое впечатление можно составить о человеке, бегло посмотрев на него. Практически никакого? Отметить внешнюю красоту, привлекательность. Не более… Но нет. Все мы умеем воспринимать окружающих не только зрительно. Третий глаз, интуиция, энергетическая связь. Как не назови, смысл один – единожды взглянув на человека, мы можем ощутить с ним теснейшее родство, или наоборот – совершенное безразличие, а то и неприязнь.

В большинстве случаев мы ничего не почувствуем – безразличие тоже чувство. Но тем удивительнее, когда чувство сильно и не вызывает сомнений. Да, этой мой человек. Мы не зря встретились здесь и сейчас. И события, которые привели нас сюда – совершенно случайны, а потому настоящесть встречи не вызывает сомнений. Сколько звезд должны были сойтись, и сколько маленьких камешков сложиться в одну широкую дорогу, по которой мы пришли на встречу друг другу.

Разум сопротивляется – ты не знаешь ее, она не знает тебя. Встретились, соприкоснулись, развернулись, разбежались и больше никогда не пересеклись. Может быть и так. Но сердце заявляет, что все знает, и она – тоже знает. Сила притяжения наконец-то свела вас вместе. Вы похожи – это так. Вы разные – и это справедливо. Вы родные – а это совершенная правда. Две половинки. Мужская и женская.

Взгляды. Ничего кроме взглядов и все ясно. Спустя час все закончится? Нет. Вы сошлись в этой жизни и уже не сможете разойтись и забыть друг друга. Как ни старайтесь. Сколько не пытайтесь убедить себя, что чувств нету, что у каждого своя миссия, что все это лишь иллюзии нашего страдающего сознания – забыть друг друга вы не сможете, и разлюбить тоже. Даже если первый разговор так и не состоится. Для того чтобы понять – достаточно первого взгляда.

В любых отношениях кто-то любит больше, а кто-то меньше. Кто-то чувствует лучше, а кто-то разучился чувствовать даже себя. Кто-то научился работать со своими чувствами, а кто-то отказывается это делать. Кто-то страдал и открывал сердце миру, а кто-то прятался в раковину, словно улитка, и смотрел на все со стороны. Кто-то строит иллюзии, а кто-то живет сегодняшним днем.  Взаимодействие полноценных существ в этом мире сопряжено с болью. Сила притяжения, сила трения, магнетизм, стихии – все физические явления – они приносят счастье, но и приносят боль. Не по справедливости, а по законам природы.

Но когда все проходит, любовь остается. Потому что это единственная созидательная сила на этой планете. Благодаря настоящей любви появляются настоящие люди, благодаря настоящей любви создаются настоящие произведения искусства, гениальные идеи – также продукт любви, истоки всех религий – в любви. Настоящая, искренняя любовь – лучшее, что есть в этом мире. И, наверное, именно поэтому он считается самым привлекательным для обитателей других миров. Даже боги воплощаются на Земле. Говорят, что здесь – наиболее подходящие условия для развития сознания и выхода на новый уровень. Да. И главное условие этого – любовь. Чувствующая любовь есть только здесь. Только мы способны на нее. И только мы способны ради нее на все.

Не так уж просто это осознать, когда видишь вокруг страдания, обман, предательство, ложь, разрушения… На добро не всегда отвечают добром. И если ты прав – всегда найдутся те, кто захочет опровергнуть твои слова. Если ты на вершине – есть те, кто хочет занять твое место и сбросить тебя вниз. Если ты повержен – найдутся такие, кто захочет втоптать тебя еще глубже. Почему в мире, где есть любовь происходит жестокость? Зачем нужен этот контраст? И стоит ли пытаться что-то изменить, если за тысячи лет ничего не изменилось?!

Арчибальд не знал. Да и не хотел знать. Он не был мудрецом и не стремился им стать. Собственно говоря, он и не думал об этом, пока не встретил Амиту. Все это не было логическими рассуждениями философа – вместе с любовью к нему вдруг пришло и осознание силы этой любви. Амита невольно стала ее воплощением.

Она не сопротивлялась этой роли. Просто не могла. Чувство было взаимным и сильным. Она поняла, как сильно любит его, едва увидев в воплощении человека. Наконец-то. Как же долго она ждала… его. Предназначение. Быть для всего мира. Или быть друг для друга. Великая любовь творит чудеса. Любовь двоих – также значима, как и вселенская любовь.

Они уехали вместе. Далеко. Так, чтобы мир не мешал им наслаждаться каждым мгновением их любви. Счастье в этом мире существует, и рай на Земле возможен. Засыпать, обнимая любимого человека, и просыпаться в его объятиях, слушать дыхание и стук сердца, целовать губы. Счастье владеть ее телом и отдавать свое – сливаться в единый оргазмирующий организм. Счастье чувствовать тепло, вдвоем под одним одеялом. Счастье пить утренний чай и поглаживать ее нежную кожу. Счастье слушать пенье птиц, гуляя в лесу и, держась за руки, лежать на полянке, и запрокинув голову, смотреть на облака, проплывающие в бесконечном небе. На что похоже это облако? А вон то? Счастье не думать ни о чем, а наслаждаться каждым мгновением бытия рядом с любимым. Пока смерть не разлучит нас? Даже смерть не разлучит нас. Ты веришь в это? Да! Я тоже. Это не иллюзия – это свобода абсолютного счастья.

В их любви не было места животным инстинктам. Секс стал любовью. Точнее, Арчибальд понял, что до встречи с Амитой, секс был просто сексом. Все эти мисс, имена которых он не помнил. Было ли с ними хорошо? Нет – это были лишь физические потребности. Теперь он познал настоящий, полноценный секс, настоящую радость слияния. Изначально это казалось лишь слабой искрой, тлеющей в глубине его огрубевшей души. Он разучился чувствовать. Он ведь так давно никого не любил. И он понимал, что Амита знает это. Но с каждым разом искра разгоралась все ярче, пока не превратилась в пылающий огонь. Для него перестали существовать другие женщины – секс теперь ассоциировался только с ней. Только с ней секс был настоящим. Ее стоны и крики были для него звуками счастья. Ее губы были для него самыми прекрасными и нежными. Каждый сантиметр ее тела он готов был целовать часами.

Так прошли годы. За это время они стали еще более близки. У них появились дети – творения Великой Любви. Каждый день был для них самым счастливым днем. Они благодарили судьбу, за то, что послала им такой подарок – друг друга. Да и как могло быть иначе, если с самого начала они были созданы друг для друга. Когда-нибудь они должны были встретиться. Бесконечная радость охватывала их от того, что они встретились в этой жизни.

И когда пришло время отправляться в Небесные Чертоги, они вознеслись туда вместе. Он взял ее за руку, в последний раз поцеловал ее губы, и они поднялись ввысь – туда, где ярко сиял Чистый Свет.

— Чего Вы хотите?
— Встретиться снова. Снова быть вместе.

4

— Что дает нам силы проходить испытания?
— Жизнь это испытания. Одно сменяется другим. Это и есть Путь. У каждого свой.
— Это знаю все.
— Но не все принимают.
— Испытания все равно есть.
— Есть ли испытания любовью?
— Есть испытания ее отсутствием.

Сколько времени прошло с тех пор, как Великая Гора перестала быть великой? Сотни лет, а может тысячи. Кто уж теперь сосчитает. Все меняется, даже поверхность Земли. Люди приходят и уходят. Те, кто не успел до конца выполнить свою миссию, получают такую возможность в новом воплощении. Большие и малые циклы истории повторяются в жизни государств и в жизни отдельных людей.

Сколько таких циклов выпало на их долю.  Он был тибетским монахом, исследователем новых земель в Австралии, и писателем в Париже. Все в разных жизнях, конечно же. Что он искал? Просветление? Золото? Славу и признание? Нет. Только любовь.

Любовь нельзя выдумать и нельзя нарисовать. Нельзя влюбиться специально, по желанию – вот красивая девушка, буду любить ее. Или – мы так долго знакомы, кажется, я ее люблю. Свою любовь, настоящую любовь, можно только встретить. И если знаешь, что она где-то есть, пускай и далеко – ты притягиваешь ее, в надежде что встретишь. Всегда ли эффективно? Нет. Иногда может понадобиться не одна жизнь.

Не поэтому ли со времен древнегреческих поэтов в любовных историях столько грусти и трагедии? Не поэтому ли столько песен о разбитых сердцах. Мы ищем и не можем найти, а если теряем – кажется, что жизнь закончена. Можно ли потерять того, кто создан для тебя? Увы, в этой жизни все возможно.

Уверен ли ты в самом себе на столько, чтобы быть уверенным в других людях? Чувства не появляются, не проходят и не забываются. Их скрывают наслоения слабостей, шаблонов, убеждений, сомнений, воспоминаний, стереотипов, желаний. Порой легко не заметить. Порой наоборот – все на поверхности, но что-то останавливает нас. Слушать или не слушать этот внутренний голос? А вдруг он не прав? Слишком много нюансов, чтобы связать свою жизнь с другим человеком. Да и зачем? Если одиночество – это нормальное состояние. Принимать подарки от судьбы, значит принимать и потенциальную возможность этих подарков лишиться. А лишаться чего-то гораздо больнее, чем не иметь вовсе. Самую большую боль может причинить лишь тот человек, который подарил самое большое счастье.

У Него не было этих сомнений. Мы бесконечно одиноки не потому, что это данность, а потому что не хотим бороться. Вся жизнь – борьба. Слабый остается позади или гибнет. Нельзя быть слабым, если хочешь выжить. Наш путь – саморазвитие. Этот мир – возможность выйти на новый уровень. У каждого своя миссия: с честью выполнил миссию – перешел на новый уровень. Сколько великих людей пожертвовали любовью ради важных дел. А думали ли они о ней вообще? Знали что такое настоящая любовь или великие идеи помешали ее почувствовать?

Для того чтобы любить по-настоящему, нужно отдавать частичку себя любимому человеку. Для того чтобы быть с кем-то нужно не отпустить его, а уйти с ним. Слишком высокая цена, особенно если вы идете в разных направлениях. Каждый из вас может так и не закончить свою миссию, ради которой пришел сюда.

А нужно ведь еще потратить время на то чтобы найти его – того единственного. Он ведь может быть далеко. Сила притяжения тоже требует времени. И что потом? Вы встретились. На что ты готов ради него? На смерть? Но ему нужна твоя жизнь! Жизнь с тобой. Быть рядом – иногда обстоятельства складываются так, что это требует усилий, даже когда любишь.

Зачем все эти сложности? Проще принять одиночество как данность. Наслаждаться собой. Любить, но не слишком сильно, не терять голову. Тем более, что терять голову больно. Может быть, встретится кто-то, с кем можно будет создать семью и родить детей – выполнить программу заложенную природой. Хорошо если будет любовь. Но женятся ведь не по любви. Зачем – есть дела поинтереснее и поважнее.

Или все же нет? Или можно идти рука об руку, смотреть не только вперед, но и в глаза любимого человека? Можно получать любовь и отдавать ее без ущерба для себя. И можно принимать подарки судьбы без лишних сомнений и попыток разобраться в своей душе.

Когда ваши глаза встречаются у алтаря еще до того, как встретились ваши тела – зачем искать в этом смысл. Пути Господни неисповедимы, но ведут в правильном направлении.

Чем выше гора, тем сложнее на нее взобраться. С каждым километром воздух становится все более разреженным, дышать становится все труднее. За каждым подъемом следует спуск. На вершине нельзя провести всю жизнь – места мало и есть те, кто идут за тобой. Но когда направляешься к ней, задрав голову, о спуске думаешь меньше всего. Ты грезишь ею – самой высокой точкой, откуда весь мир словно на ладони и открывается незабываемый вид. Ты прилагаешь максимум усилий, ты готов на все – только бы оказаться там. Ведь только достигнув вершины, ты понимаешь, что действительно чего-то достиг. Тебя переполняют радость, счастье и гордость… Ты сделал это. Ты дошел.

Но понять тебя могут только те, кто сам побывал на этой вершине. А лучше всего – те, кто пришел вместе с тобой. Если идешь сам, твоя радость останется только твоей. И от того, что ты посмотришь на всех свысока – удовлетворение получишь только ты.

Кого взять с собой в это путешествие? Решение принимать тебе. Друзей, или незнакомого человека с хорошими физическими данными и чувством юмора – идеального компаньона для сложного подъема…

Он много путешествовал и понял – только родной человек может стать надежным спутником. Не генетически, а духовно – тот, с которым ощущаешь родство душ. И какой бы сложной и непредсказуемой не была дорога, вам всегда поможет любовь – вечная любовь творит чудеса. И если у кого-то недостанет сил или веры – любовь их восполнит, ведь настоящей любви хватит на двоих.

5

— Я три жизни тебя ждал!
— Это цитата?
— Это правда.
— Да, наконец-то дождался.

Что чувствуешь, когда снова встречаешь свою любимую, после стольких лет разлуки? Это она!
А может такое быть, что она этого не чувствует? Конечно может. А почему? Может это не она? Может, ты ошибаешься? Или прошло слишком много времени с тех пор как вы были вместе.

Вы были слишком похожи. А теперь слишком разные. Не настолько разные, чтобы не ощущать глубокое родство. Просто жизни по-разному сложились. И эта жизнь, в частности.

Ты научилась жить здесь и сейчас, научилась не привязываться. Ты многому научилась. Были причины. Казалось, все это умел и я. Встреча с тобой показала, что я заблуждался. Я оказался слабее, чем ты. Но в этой слабости признаться не стыдно, даже будучи мужчиной – первый раз в жизни, когда мне не стыдно чувствовать слабость. Ведь моя слабость – безумная любовь к тебе.

Благодаря тебе я начал чувствовать. Вспомнил, научился заново. Потерял голову от наплыва эмоций. Я по-новому слушаю песни о любви – теперь я их понимаю. Я познал настоящую любовь.

Месяцы безумия и счастья. Пять часов на сон. Все остальное время – на тебя. Просыпаться радом с тобой, уходить с мыслями о тебе, звонить тебе, писать тебе и спешить к тебе, предвкушая встречу и горячие объятия, поцелуи, любовь. Ну не безумие ли? Возможно. Но какое приятное.

Все чего я хочу и сейчас – быть рядом с тобой, дарить тепло и нежность, оберегать и защищать. Хочу чувствовать тебя, всем телом и душой. Видеть твои глаза, слышать твой голос, вдыхать твой запах, ощущать нежность кожи. Видеть тебя счастливой и чувствовать твою заботу, твое тепло и твою нежность. И я просто хочу тебя. Или, скажем иначе, я не хочу никого кроме тебя!

Я много думал. О том, что создал собственную иллюзию, и теперь расплачиваюсь за это горьким разочарованием. О том, почему так несправедлива судьба. О твоем отношении ко мне, и о моем к тебе. И еще я думал о том, что ты любила кого-то также как я тебя, а я, возможно, так еще никогда не любил. Но потом произошло очищение. Постепенно я начал избавляться от того, что действительно было иллюзиями. Я постарался избавиться от эмоций, от бесполезной ревности и гнева. Я постарался принять то, что мы с тобой разные люди, каждый со своим прошлым. Я старался не думать о тебе. Я старался принять все, как есть.

А потом я решил обратиться к чувствам. Я спросил – что я на самом деле чувствую к тебе? Любовь – да. Но какую? И знаешь – мне показалось, что я нашел ответ. Из всех вариантов самым честным, самым правдивым ощущением, которое каждый раз настойчиво возвращалось ко мне, было одно: я знаю тебя уже много лет, я знал тебя еще до нынешнего воплощения.

Я совершенно уверен в этом, потому что как только мы познакомились, я испытал радость – будто снова нашел тебя (не впервые!).  И я любил тебя в нашей прошлой жизни. Я любил тебя сильно и безумно. Кажется, это было взаимно. Не знаю, каким было бы это чувство, если бы я не верил в реинкарнацию. Однако я верю в нее, и это придает моему ощущению реалистичности.

Это подтвердило и другое чувство – ревность. Да, я ревновал тебя, когда ты проводила время с кем-то другим. Но это была какая-то напускная ревность – эмоциональная, вызванная расставанием и моей телесной сущностью. Другая ревность – о которой я молчал, потому что считал глупым об этом говорить – ревность к твоему прошлому. Ревность к тем, кто владел тобой, пока меня не было рядом. Ревность к твоей первой ночи. Ревность к тем мужчинам, с которыми ты была до меня. Это ощущение бессилия, когда ты далеко и ничего не можешь сделать. Хочешь быть с любимой, но не можешь, потому что не знаешь где она. И это правдивое ощущение. Меня немного успокаивает лишь то, что, наверное, тебе было хорошо. Но любые объективные доводы здесь бессильны. Ты уже была моей когда-то давно, и по какой-то причине я тебя потерял. Возможно, эта причина – смерть.

Существует идея, что одиночество нужно воспринимать как нормальное состояние, а «вместе», как подарок. Это полезно для работы над собой. Но в моем случае чувство такое, что этот «подарок» у меня уже был.

И получив его снова, я хотел заменить тобой весь мир. Никто кроме тебя не был мне нужен. Да, можно сказать, что это и есть признаки истинной влюбленности, что все влюбленные думают только друг о друге. И я – лишь ослепленный страстью Ромео…

Да, страсть была, и были эмоции, но они улеглись. Все взвесилось. И что осталось? Мне стало стыдно. За то, что обижался, сердился, ревновал. Я почувствовал какую-то новую грань любви – похожую на ту, которая была в самом начале нашей истории. Я понял, что люблю тебя. И люблю больше, чем кого-либо. И это уже не эмоциональная любовь, и не умственная, и даже не сердечная… Это вечная любовь.

Есть другие, есть целый мир, в котором много прекрасных людей и прелестных девушек. И можно много рассуждать о том, что «половинка» — лишь стереотип западной культуры. Но если природа заложила в нас принцип парности – объединения в пары, ради создания семьи и потомства – то и в поиске «половинки» есть смысл. И чувство, которое говорит мне, что ты и есть моя половинка, не прошло. Я размышлял, я прислушивался к сердцу, шар за шаром смывая все наносное, все иллюзорное, все что могло быть или было ненастоящим. Я добрался до самого дна, вернулся к самому началу, а может и еще глубже – и там оказалось это чувство. Молчаливое и самодостаточное.

Я спросил – но что мне делать, если она не чувствует того же что и я? Что если она встретит кого-то другого, и решит что он подходит ей больше? Что если у нее какой-то иной путь, и наши пути не могут идти вместе? Что если ты, чувство, все же обманчиво?

Но чувство молчало. Оно просто существовало и не считало нужным отвечать на импульсивные вопросы. Оно было уверенным. Собственно, оно не было властно над собой, так же, как и я над ним.

Как же быть? Наверное, самый действенный метод – самый простой. Просто быть. Жизнь переменчива и никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом. Что-то приятное и интересное, а может вовсе и нет. Но если веришь, что все будет хорошо, то так в конце концов и будет. И хорошо, когда можно пройти очередной поворот, держа за руку любимого человека.

Ну что же, в добрый путь. Одно я знаю точно – чувство к тебе, мою любовь, я возьму с собой. И еще я знаю, что, так или  иначе – разделю ее с тобой, чтобы она согревала тебя и делала счастливой. Я благодарен судьбе и тебе, за то, что ты появилась в моей жизни. И я верю, что все это произошло не случайно. Обычно мы благодарим тогда, когда получаем то, что хотим. Ведь когда мы получаем желаемое, то чувствуем себя счастливыми. Это главный критерий – и потому я благодарен, что встретил тебя, ведь рядом с тобой я чувствую себя счастливым.

Кто знает, может именно в наших судьбах сплелись краски всего мира и нити многих столетий. Вечная история любви. Для двоих.

Никита Лисицкий

Lost Password